Владимир Путин прибыл в Приморск Ленинградской области, где и принял участие в церемонии пуска нефтеперевалочного комплекса. Из пресс-релиза: ‘Балтийская трубопроводная система (БТС) является одним из проектов, реализованных Минэнерго России, Минтрансом и акционерным обществом ‘АК ‘Транснефть’. Проект ориентирован на транспортировку нефти Тимано-Печерского месторождения, Западной Сибири и Урало-Поволжья через новый российский нефтеналивной порт на Балтийском море. Пуск в эксплуатацию порта позволит создать новое транспортное направление для экспорта российской нефти с возможным привлечением транзита экспортной нефти стран СНГ, что отвечает стратегическим и экономическим интересам России.Строительство в районе Приморска нового нефтеналивного терминала позволяет переориентировать на российский порт 16 млн тонн сырой нефти (24% российского нефтяного экспорта, перевозимого морским транспортом), которые в настоящее время перегружаются в латвийском порту Вентспилс’. Согласно РИА ‘Новости’, Путин заявил, что открытый в Приморске нефтеперевалочный порт Балтийской трубопроводной системы имеет большое значение для обеспечения безопасности страны и ее экономической независимости. Открытие порта в Приморске дает России не только ‘собственное окно в этой части Европы’. Это ‘позволяет гибко маневрировать между южным и северным направлением, позволит хорошо маневрировать каспийской нефтью’. Путин подчеркнул, что Россия ‘не уходит из Прибалтики и Финляндии’, а ‘озабочена только тем, чтобы обеспечить свою безопасность и независимость’. Путин пояснил, что ‘очень давно’ говорили о том, что Россия ‘должна избавиться от диктата после того, как изменилась геополитическая ситуация’ и Россия ‘потеряла портовые сооружения на Балтике в значительной степени’. Встал вопрос сразу о том, чтобы избавиться от давления со стороны партнеров.’Разговоры о строительстве дополнительных портовых сооружений, в том числе и нефтеперегонки и нефтеперекачки начались еще в 1992 году. Они продолжались очень долго, после того, как часть наших предпринимателей свили гнезда в некоторых балтийских странах’.Путин вспомнил, что на одном из заседаний правительства, когда он еще работал в кабинете министров, по этому поводу шли ‘жаркие дебаты и жесткие разговоры’. ‘Мне пришлось сказать прямо в зал: я знаю, что этот проект саботируется и саботажники в зале’. После этого, отметил П., ‘началось движение вперед’.По его словам, работа была ‘произведена в самые короткие сроки’ – вместо 40 месяцев порт был построен за 18 на очень хорошем техническом уровне. Строительство при этом обошлось недешево – почти в полмиллиарда долларов США. Из заявления Путина (да и из самого его посещения Приморска) следует, что запуск нефтетерминала в Приморске рассматривается и в качестве политического события. Но тут есть некоторые нюансы. ‘Транспорт России’ 6 августа опубликовал статью ‘Вентспилсу объявлено перемирие (В кулуарах VI международной Trans Ваltiса 2001)’, о сути перемирия говорил подзаголовок: ‘Балтийская трубопроводная система (БТС), пуск которой намечен в декабре этого года, не отнимет хлеб у Вентспилса. По крайней мере на первом этапе’. В статье цитировался директор департамента стратегического развития компании ‘Транснефть’ Юрий Саядов, сказавший, что ‘Еще год назад я сам предполагал, что вступление в строй первой очереди Балтийской трубопроводной системы приведет к сокращению перевалки нефти через Вентспилс на 5 млн. тонн. Но тогда никто не ожидал столь бурного роста экспорта нефти. У нас только на БТС заявок на 25 миллионов тонн, а мощность первой очереди – вдвое меньше – 12 миллионов тонн’. Разумеется, все меняется. Уже и мощность первой очереди не 12 миллионов тонн, а 16 (что тоже не фатально для Вентспилса), да и добыча, возможно, упала (в 1999 году Россия добыла 305 млн. тонн нефти, в 2000 году – 323 млн. тонн. Что в 2001 году – еще неизвестно, но учесть надо и сокращение экспорта нефти в ответ на стенания ОПЕКа). То есть, тревожиться-то Вентспилсу надо, но, кажется, все же в среднесрочной перспективе. Седов во всяком случае в августе был уверен в том, что ‘…даже с учетом расширяющихся возможностей Новороссийска и строительства БТС ‘трубы’ не хватает. Так что Приморск и Вентспилс будут дополнять друг друга’. Интересно, что его мнение относительно критических для Латвии мощностей БТС находилось тогда в прямом противоречии с мнением о политическом характере проекта. В той же статье из ‘Транспорта России’ приводилось мнение гендиректора издательского дома ‘Нефть и капитал’ Сергея Александровича, говорившего об этом чисто конкретно:’Именно политическая составляющая легла в основу той РR-акции, которая и помогла руководству ‘Транснефти’ пробить проект БТС. Писалось тогда о мифических сотнях рабочих мест, что будут созданы в России, и о безопасности экспорта, которому угрожает вступление Латвии в НАТО. И все это происходило на фоне судебных процессов над партизанами в Риге и бойкота латвийских шпрот в Москве. Перспективы для Вентспилса рисовались тогда в СМИ самыми апокалиптическими’. Ну а президент ‘Транснефти’ Семен Вайншток примерно в то же время сказал, что взгляды компании подверглись кардинальной ревизии. А именно: первая очередь БТС почти не вступает в конкуренцию. ‘Когда дело дойдет до второй-третьей очереди, конкуренция будет неизбежна, но это, как говорится, уже совсем другая история. И главная составляющая такой перемены взглядов – бурное освоение Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции в Республике Коми’. Сейчас в Тимано-Печоре ежегодно выкачивается 11 млн. тонн нефти, из которых одна половина идет на экспорт через Вентспилс, а другая поступает на НПЗ России и Белоруссии. Уже в ближайшие годы Тимано-Печора, которая в СССР считалась главным нефтяным резервом страны, может дать 40-50 млн. тонн нефти в год. По оценке бывшего министра природных ресурсов РФ Бориса Яцкевича, разведанные запасы нефти составляют там 1, 5 млрд. тонн. ‘При этом, – пишет ‘Транспорт России’, – далеко не вся нефть пойдет через Балтику – слишком дорого. Себестоимость нефти в портах выгрузки при варианте транспортировки через БТС и Вентспилс будет 30 долларов за тонну, а через терминалы Баренцева моря – 16 долларов. К этим цифрам можно относиться с известным скепсисом, но то, что большая часть нефти пойдет через Ледовитый океан, – очевидно’. Возможно, именно в этом абзаце и состоит некий намек на то, почему Вентспилсу следует начинать беспокоиться уже теперь. В интервью ‘Ведомостям’, 25 октября Вайншток сказал так: ‘Мы надеемся, что закончим строительство БТС в декабре и подсчитаем все свои расходы. Но в любом случае он (тариф) будет более привлекательным, чем тариф на Вентспилс’.