Как показал опрос, проведенный ‘Известиями’, часто первая работа действительно закладывает некую матрицу, на основе которой строится дальнейшая карьера. Мы задали представителям очень разных сфер деятельности три вопроса: Каким было ваше первое место работы? Какой опыт был там получен? Повлияло ли это на вашу работу в дальнейшем? Александр Запесоцкий, ректор Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов, член-корреспондент Российской академии образования:- Первые годы после вуза я работал научным сотрудником в Государственном оптическом институте. Занимался подготовкой космических войн. Получил опыт сохранения государственных тайн, соблюдения трудового режима ‘от звонка до звонка’ и высшую квалификацию уборщика овощей с полей Родины. Больше всего запомнилось чувство безысходности: я ощущал себя положенным в некую ячейку, да еще в жестком футляре. Сколько ни дергайся, как ни трепыхайся – даже в ячейку повыше никогда не переложат.Всю дальнейшую жизнь я старался держаться как можно дальше от государственных секретов, монотонного режима и уборки капусты.Выводы же мои были таковы: если хочешь выжать из подчиненных максимальный результат – избавь от скуки и дай перспективы роста.Вера Брагина, директор по связям с общественностью ООО ‘Торговый Домъ по возрождению традиций поставщика двора Его Императорскаго Величества П.А. Смирнова’:- Середина 90-х, когда я приступила в выполнению обязанностей менеджера маленького на тот момент PR-агентства, была временем становления PR-индустрии в России. Наша профессия чувствительнее других к различиям в формах ведения бизнеса, и еще 10 лет назад все, что мы читали в специализированных британских и американских учебниках, мягко говоря, не совсем коррелировалось с российской действительностью. Тогда агентства брали на себя серьезные обязательства перед западными и российскими предприятиями, иногда не до конца понимая, как их выполнять. И все, включая самых юных и неопытных, работали с чувством огромной личной ответственности перед клиентом и коллегами за конечный результат работы всей команды. Это было нормой – сравнивать было не с чем. Сегодня на рынке другая ситуация: люди приходят в сформировавшееся и хорошо организованное предприятие, ‘закручивают определенный винтик в его механизме’ с четко определенной мерой ответственности. Думаю, что привитое в самом начале чувство причастности к результату ‘в большом смысле’ стало для меня основой всего последующего построения отношений с работой, да и с жизнью вообще.Сергей Моложавый, глава компании ‘Технопромэкспорт’:- Мое первое место работы – НИИ военно-космических сил, где я дослужился до завлаба, – удачно сочетало в себе науку с военной дисциплиной. Поэтому необходимые навыки для дальнейшей карьеры – умение подчиняться, с одной стороны, отдавать приказы, с другой, и, главное, добиваться их исполнения, а также творческий подход, выстраивание пошагового алгоритма решения проблем – у меня закрепились на всю жизнь.Михаил Фоменков, глава юридической фирмы ‘Частное право’:- Моим первым местом работы была средняя школа, где я преподавал историю. Могу точно сказать, что первый опыт управления я получил именно там. Когда преподаешь в классе из 30 человек, то понимаешь, что любое бизнес-образование может только позавидовать этой практике. Глеб Архангельский, директор консалтинговой компании ‘Организация времени’:- Если не учитывать подработку экскурсоводом на Валааме, то мое первое место работы – помощник председателя правления по вопросам стратегического планирования в КБ ‘Банкирский дом’. Собственно, после погружения в реальный бизнес и произошло осознание важности тайм-менеджмента, методик по организации времени для бизнеса. Эту тему я увидел практически случайно. Сделал корпоративный проект по организации времени для своего банка. А потом понял, что это именно тот продукт, которого не хватает на рынке. В итоге была создана консалтинговая компания, которая уже пять лет занимается вопро сами управления временем в российских компаниях.Сергей Сухарев, гендиректор компании ‘Евро-Адрес’: – Моим самым первым местом работы был научно-исследовательский институт, в котором я проработал ровно три дня!! Я просто не смог принять систему и принципы работы, которые там существовали. После НИИ была прогрессивная компания – Finnpap (Ассоциация целлюлозно-бумажных фабрик Финляндии), в которой я занимался продажами и маркетингом. Я убежден, что отрицательный опыт важен так же, как и положительный! НИИ – это мой отрицательный, но очень ценный опыт, который помог мне понять, в какой системе я не хочу и не буду работать. А в Finnpap я научился системности, понял важность прозрачности и социальной ответственности бизнеса.